Back to top
Статьи

Кэрри Брэдшоу идет в «Punk Fiction»

05.11.2017

Сходить в панк-бар и написать об этом может только автор нашего портала!


- Эй, пошел на%уй отсюда! Ваш чертов бар не здесь, а выше по улице! – видимо не я первый обратился к охраннику какого-то бизнес-центра с вопросом о только что открывшемся заведении.

Все дальше от метро, все дальше в чужой район, и вот нужная проходная. Обшарпанная, с каким-то дедом и снующей молодежью. Нужный бар - в самом углу бывшей промзоны, а ныне арт-пространства «Авиатор». Звуками боя на горизонте раздается шум панк-рока, поэтому продвижение – дело техники.

Итак, «Punk Fiction».

Двор, полный народу. Неприметная дверь, которая при открытии озаряет оранжево-золотым светом спины курящих. Внутри не протолкнуться – открытие, как никак. Звуки музыки, обрывки разговоров – все накатывает волнами, месиво лиц вокруг, женский смех и радостные крики, желтоватый свет ламп, висящих гроздьями под потолкому. Я пришел сюда один, изначально не имея даже редакционного задания… 
Поэтому сразу почувствовал себя отщепенцем. Подход к барной стойке рушит эту оторопь.

Разливуха по 200, бутылочное по 250

Вся разливуха по 200, бутылочное по 250, гамбургер – по цене отсоса у тракториста – это все, что нужно знать о прейскуранте. Гардероба, как и вешалок, нет в принципе, поэтому все щели заткнуты куртками. Выглядит, будто внутри чертовски холодно и посетители сами утепляют пространство.

Островок спокойствия в этом море безумия - очередь в туалет, где парни стоят наравне с девушками – ТЕРПИТЕ, С%КИ! ФЕМИНИЗМ ПОБЕДИЛ!

Удерживая бокал на поднятой руке, как крейсер, обхожу пространство. Столы и стулья в наличии, только нах%й никому не сдались. У задней стены забаррикадировались два тату-мастера из формации «ЗАБИТЫЕ», они колят людей, не отходя от кассы.

Нашел дверь, ничего не остается, кроме как ломануть её. Сначала - на улицу, стрельнуть сигарету. Ремни на бедрах, цветные ирокезы, модно драные майки, нашивки и клепки – все это не про «Фантастику панка». Тут в основном дяди и тети. Ну, и девочки-малолетки, у которых табачку не нашлось.

Когда первый бокал подошел к концу, пришлось  совершить почетный круг за вторым. Думается мне, что пиво-то – говно. Невзрачный вкус, который и рядом не стоял с самым дешевым Black Jack Stout; сомнительная крепость – меня не взяло, а только чуть пробрало. Скажу так: пиво с нотками горечи за потраченные деньги

В этих мыслях я поднялся на второй этаж и был - кхм - приятно удивлен. Там владельцы установили рампу, и в момент, когда я там появился, в самом разгаре был чемпионат между ребятами на досках. В отдалении я увидел барабанную установку и несколько мониторов – в Москве на одну концертную площадку больше! Думается мне, там будут локальные концерты, место, где молодые группы могут опробовать свои силы, а господа организаторы – устроить свой первый гиг.

Внизу тем временем началось действо на барной стойке. Нет, не голые дамы, а версус-батл. Да, мать его так, батл. Два ноунейма и заходы вроде «ты ночью слушаешь КиШа – засажу тебе в очко я ща». Пива в моем бокале заметно поубавилось к этому моменту… Когда чуваков прогнали ссаными тряпками, на стойку позвали парня, который организовал все это дело. Ему подарили несколько футболок. Зачем человеку, у которого есть бар, футболки? И в этот момент мне прилетело в лоб.

Нет, не стакан, и не бутылка, не кулак пьяного быка и не ногти обиженной девицы, нет. Скомканные 500 рублей. Какой-то парень подошел к бару и сказал, что нашел пятиху, её решили вернуть и бросили в толпу.

Улица, лавочка, сигарета, сижу. Подходит пьяный парень, устраивается рядом, говорим. Он из Питера, ему заведение не нравится – далеко от метро, непонятно, для кого оно и как будет существовать – он ставит, на три месяца…

Благодарю тебя, читатель, что ты продрался до этих слов. Потому что тут начинается самое интересное. Самый ПИ**ЕЦ.

Перед нами появляется мальчик лет 18-ти, невзрачная одежда, короткие волосы и добрый голос. Он просит сигарету. Мой нечаянный собеседник лезет в карман, и в этот момент мальчик говорит: «Могу сигарету обменять на перчик». И показывает вполне реальный неиллюзорный маленький красный обгрызенный перец. «Откусите, сколько считаете нужным, я его сам выращиваю». Кусает мой собеседник, я слежу за его лицом.

Он, как гурман, качает головой и произносит: «В начале чувствуются нотки…» - на этом моменте кусаю я и взаправду чувствую приятные нотки! Мальчик перед нами исчезает, парень из Питера замолкает и начинает часто-часто дышать, и мозгом я уже понимаю, что что-то не так, а вот рецепторами…

Язык, нёбо, гортань – все превратилось в поля Северного Вьетнама, которые отутюжили напалмом и добивают Agent Orange

Язык, нёбо, гортань – все превратилось в поля Северного Вьетнама, которые отутюжили напалмом и добивают Agent Orange, а каждый рецептор – это маленький сгорающий заживо гук! Говорить трудно, по подбородку течет слюна, мы смотрим друг на друга слезящимися глазами и что-то пытаемся показать руками, что делать – непонятно.

Запиваем пивом – еще больнее, но, если держать во рту – терпимо. Говорю: «идем в туалет» - кивает, заходим внутрь. Питерца я больше не видел. Застреваю в очереди и понимаю, что не вариант. Пиво кончилось. Во рту уже выжжено все, что только можно, кажется, будто даже зубы горят. Выхожу на улицу, трясет, стараюсь часто дышать, теряю ориентацию в пространстве, чувствую, что организм не справится без экстренного очищения.

В этот момент меня бросает на компанию из четырех человек. Девушка в алко-конвульсиях сидит на бордюре, парень в очках успокаивает её, а еще двое разного пола зачем-то ковыряются в гамбургерах. Рядом стоит пиво.

- Ебята, плжст, пив дйте!!! Й перц съл, горит!!!

- Мы вегетарианцы, съешь котлетки, дадим пива.

«Господи, – про себя подумал я, - чем черт не шутит!» - судорожно жую котлетки, адепты овощей с интересом смотрят на меня. Запиваю пивом.

- Это тот, про которого она говорила, что убить надо? – подают голос очки.

«Говно, жопа, блять, куда я попал?!» - проносится у меня в голове.

- Нет, это просто мальчик, съел перец и ему плохо – отвечает девочка, которая дала мне котлетку.

Мне становится чуть лучше; чтобы переключить внимание, вспоминаю про редакционное задание. Общаемся. Ребята выказывают презрение к скейтерам и панкам, говорят, что зашли посмотреть и крайне расстроены, что в местных бургерах мясо. Удивляются, что у меня на боку висит клепаный ремень. Ставят, что место проживет год и три года соответственно.

Меня подотпустило. Где-то в подворотне началась драка. Мятая пятихатка в кармане. Больше ловить тут нечего. Вспомнив общую очередь в туалет обоссал какую-то дверь и ушел дворами в закат.

Текст: Герман Терехов