Back to top
Интервью

Саша Райков: «Тексты лучше всего пишутся, когда ты злой едешь где-нибудь в метро»

12.01.2018

Вокалист Antreib о важности смысла в текстах и записи альбома со сломанным позвоночником


Давай начнем с тобой с нового альбома. Как ты до этого рассказывал нашему изданию, он получился в ярких красках…

Меня периодически раздражало, что у нас слишком все мрачно, злобно, и захотелось сочинить какую-то более лайтовую пластинку, и добавить туда больше жизнеутверждающих тем, веселых. Ну, наверное, получилось все равно не совсем весело. Но в какой-то степени, ярких, светлых красок все же удалось добавить. Новый альбом записан в более быстрых темпах. Мне кажется, что он получился более панковский, нежели предыдущие работы. Хотя большинство пишет, что мы ушли куда-то в метал, но мы с парнями так не считаем.

Почему такой маленький промежуток между альбомами, и реально ли за год написать действительно годную пластинку?

Дело в том, что у нас большинство наработок по новым трекам были созданы еще во время записи ГСП, да и по текстам уже все было для нового альбома. То есть просто в ГСП мы кое-что не включили. При этом нельзя сказать, что это какой-то нелеквид, который не вошел в предыдущий альбом, просто материал был и его нужно было реализовать.

Даже сейчас, на момент выпуска нового альбома, уже есть материал, с которого можно, например, EP полноценный собрать. Трудность только в том, что это нужно отрепетировать, хорошенечко подготовиться к студии, записать и придумать некую общую концепцию… А так, материал есть.

Если посмотреть комментарии под постами ВК с вашим альбомом, можно легко увидеть многочисленные срачи касательно твоего вокала.

Есть такое дело… Я иногда даже психую, когда вижу, что где-то выложили альбом и под ним оставляют комментарии в духе: «Блин, что это за фигня? Это мужик или баба поет? Что за высокочастотная хрень?» и так далее. Дело в том, что мы в каждом альбоме стараемся искать какую-то свою новую фишку. В альбоме «Достучаться до Сердец» мы добавили мелодики, и получился мелодик-хардкор, как в то время было модно. Но это скорее так совпало, не то, что бы мы хотели влиться в модную струю. С альбомом «Семь» - там вообще была концепция такого мракобесия, чернушного метала, и нам удалось это передать и в текстах, и в музыке. В ГСП все было немножечко повеселее, он получился «попопсовей» предыдущего альбома. С этого альбома начались перемены в вокале.

Мне хотелось сделать какой-то характерный вокал, чтобы он отличался. Чтобы кто-то включил наш трек и такой – о, это Antreib, клево! Потому что очень часто слушаешь группы одну за одной, и вот поют чуваки клево, все записано круто-грамотно, но нет чего-то своего. И все еще сложилось так, что я походил на курсы вокала, научился выдавать высокие частоты, мне это очень понравилось, я начал это постоянно использовать. Я получал большое удовольствие, просто от того, что получается такие штуки делать. А потом сказалось еще увлечение 80-ми – хэви, треш, и всякие группы типа Иксайтер с высоким вокалом или Оверкилл, например. Кстати, вокал Оверкилл я раньше слушать не мог, я думал: «Блин, фу как он ужасно поет», сейчас слушаю – тащусь. Наложилось все это вместе, и вот поэтому для этого альбома было выбрано такое вокальное оформление.

Как ты ставил свой вокал?

Во время записи я начал понимать, что есть композиция, есть фишки, которые я хочу сделать, но не могу их записать - срываю голос. А то, что получается, выходит с большим напрягом. После этого решил заняться вокалом.

Преподаватель по экстремальному вокалу позанималась со мной 2-3 месяца. Она объяснила мне что и как нужно делать, чтобы не рвались связки. Я начал практиковаться, использовать полученные навыки на репетициях и на записи предыдущего альбома. Сейчас мне это удается без особых усилий.

Какие сложности связаны с постановкой экстремального вокала?

Прежде всего нужно научиться делать расщепление, но перед этим нужно научиться петь «обычным” вокалом, а для этого лучше использовать обычные рок-композиции, которые комфортно петь. Только потом уже переходить на какие то экстремальные техники.

Что расскажешь об обложке «Исхода»?

Последние два раза мы обращались за оформлением обложки к ребятам из Оттяг. Нам нравится их почерк, как они все преподносят. Тем более у нас общая любовь к зомби. Мы эту тему любим - комиксы 80-х, фильмы ужасов про зомби и все такое. Мы понимаем друг друга с полуслова, дается ТЗ, ребята очень быстро с ним справляются. Очень нравится с ними работать.

Начиная с альбома «Семь» у нас появляется персонаж, которого мы между собой называем Антоха. Тут нет никаких сакральных смыслов, имя выбрано случайно. На первом альбоме он представлен в виде человека, который распят на кресте. Потом были футболки, где он грузит уголь и качегарит адскую печь, потом он предстает на кладбище с гитарой и мертвые восстают из могил… Мы мысленно проводим сюжет, связанный с данным персонажем и, возможно, когда-нибудь опубликуем его в виде короткого рассказа.

Что касается обложки именно «Исхода». Здесь Антон оказывается в пост-апокалиптичном мире а-ля Mad Max и едет куда-то автостопом. У нас, кстати, есть песня «Собирай Рюкзак», которая повествует как раз об этом. Само название альбома «Исход», концепция одноименной песни и обложка подразумевает, что панк-рок и вся эта музыка - это некий способ уйти из реальности и обыденной жизни. Для нас это обретение трансценденции, если можно так сказать. Такая вот аллегория.

Почему большинство панков особо не парятся над текстом своих песен?

Не могу сказать почему... Будучи подростком мне нравилось, когда группы серьезно подходят к текстам. Если брать панк-хардкор сегмент, в плане текстов выгодно отличаются Мавзолей, ранние альбомы F.P.G. (если не брать в расчет негативно сформированный образ это группы). Как автор могу сказать, что у них тексты очень сильные. Еще мне очень нравится текстовая составляющая альбома группы Пурген «Таксидермисты Городского Безумия».

Когда я слушаю музыку, то понимаю, что тексты имеют для меня большое значение, поэтому я хочу, чтобы и в Antreib все тексты тоже были концептуальными и грамотно построенными. Мне кажется, что все-таки есть группы, которые уделяют большое внимание текстам, например, ПТВП. Некоторые считают, что главное легкий и понятный текстовый посыл и некий запоминающийся мотив, который легко доходил бы до слушателя. Мне иногда кажется, что мы слегка перемудряем с текстами.

Как происходит работа над текстами в Antreib?

Тексты лучше всего пишутся, когда ты злой едешь где-нибудь в метро.

То есть ты дожидался особого настроения?

Да, давление отовсюду, недосып, нежелание куда-то идти, сопровождающая от дома до метро серая погода. Вот заходишь ты в метро, все такие негативные, хмурые. Ты при этом какую-то музычку слушаешь или книжку читаешь, и тут БАХ, и пришла мысль, которая потом превращается в текст. Очень много песен пишутся после прочтения каких-либо книг.

На какие тексты с «Исхода» повлияли книги?

«Против Бытия» была написана после прочтения сборника Альбера Камю и его книги «Бунтующий Человек». «Чума» – от его же «Чумы», ну и к Ницше там есть коротенькие отсылки. «Бегство от Свободы» - это отсылка к Эриху Фромму, но больше по названию, чем по сути.

Как дела с покорением западной сцены?

Конечно хотелось бы приобщиться к Западу. Музыка - это все-таки нечто космополитичное, не имеющее рамок и границ. У нас нет цели продать себя на Запад, но если мы продадимся, то мы не будем возражать (смеется).

Мы даже записали англоязычный альбом. Наш гитарист Лёва перевел все тексты альбома «Головы с Плеч» на английский. Сейчас нашелся лейбл, который обещал экспортировать все это на Запад, ну, а там посмотрим.

Что за история со сломанным позвоночником у вашего басиста?

Саша человек очень активный, странно, что он в другой какой-то ситуации его не сломал. Он любитель попрыгать со сцены, покуражиться как-то, и все как-то обходилось раньше без травм. А тут поехал на встречу с клиентом по работе, вышел с нее и на скользкой лестнице поскользнулся, ударился спиной и сломал позвонок. Саше повезло, что это не повлияло на жизненные функции. Месяца три он не мог сидеть, месяц, по-моему, он не мог ходить, и сейчас он в очень осторожном режиме находится.

Саша записывал альбом, лежа на спине, ему было очень неудобно, все болело. Он приехал на запись втайне от родственников, если бы они узнали куда он едет, то конечно никуда бы его не пустили.

Павел Макаров